Касыда о безлюбии


Лапа тлеющего клена гладит землю утомленно,
Веет осенью палено, вьется каменная пыль.
Сумрак с запахом огарка - звездам в нем несносно жарко.
Я бреду аллеей парка, опираясь на костыль.

Тот, кто был знаком со сказкой, озирается с опаской:
Пруд зарос невнятной ряской под свинцом холодных туч;
Многорукий бог Далайна ухмылялся не случайно –
У меня пропала тайна, значит кем-то найден ключ.

Как положено мартышкам, пораскинула умишком –
Все понятно, даже слишком. Как в романах де Гонкур.
Ангел с тлеющей клюкою озирается с тоскою:
Бог махнул на нас - рукою - и ушел на перекур.

В беспросветном море мрака тонут искры Зодиака.
Вместо месяца, однако, из тумана, у пруда,
Вышел злой и сухопарый ангел с тлеющей сигарой
И рисует лозунг старый: «Мене, такел, навсегда...»