Самое страшное дело


Я это пишу по обещанию, данному marfinca, которая спросила, каково было самое для меня страшное\неприятное дело.
А вот какое.
Было это когда я еще лицензией размахивать направо-налево права не имел, а ходил послушной тенью за шефом и начальником. , приходим мы ясным октябрьским, не соврать, утром, в суд города Роксбери, дабы побрать причитающуюся нам долю геморроя униженных и оскорбленных (а попросту сгребаем с клеркского стола пачку бумаг, кого ухватил - тот твой, и его ты представляешь, пока не разрулишь дела. Дальше задача локализовать и опросить бедолагу, чтобы было, что сказать судье, когда начнется слушанье.) Некоторые из них уже бродят с потерянным видом по судебному залу - таких ловишь, опрашиваешь по-быстрому, записываешь нужное и велишь сидеть, не рыпаясь, и ждать, пока клерк выкрикнет фамилию. Покамест личинка томится в зале в тревожном ожидании, мы подымаемся к тем из них, что поопаснее - в так называемый lockup.
Lockup это несколько клеток на верхнем этаже судебного здания, в которых содержатся взаперти арестованные ночью нарушители - до тех пор, пока судья не определит, выпустить ли их до следующей судебной даты на волю просто так, или под залог, или отправить покамест обратно в подзамок, чтобы не удрали. Наша задача - опросить запертого, вычленить максимально полезные для него факты и представить судье в наилучшем свете.
Приходим. Сидит, среди прочих, толстое и угрюмое существо лет пятидесяти. Обвисшие брылья щек, морда соленым огурцом, и глаза как два прыща. По-английски ни бельмеса - латинос, хорошо еще шеф по-испански наблатыкался, да я худо-бедно пару слов могу связать - основное разобрали.
Да, в судах, разумеется, положен переводчик. Только он где-то шляется, а пока его найдешь, пройдет наша очередь, и застрянет клиент в камере до завтра.
Короче, пролистав обвинительные документы и выжав из него несколько бессвязных вяков, уяснили следующее: шушпанчик побил жену. Приехал полицейский, арестовал. Скучная история, как выражался классик; у нас таких дел пять на дюжину. Как правило, в этих случаях, разговаривашь с женой, спрашиваешь, все ли еще она держит зло на своего благоверного, и если нет, берешь с нее подписанное свидетельство: я, дескать, не сержусь, с мужем помирилась, прошу отпустить. Если жена подписывать отказывается - ждем прокурорского предложения по plea bargain, ведем дело до суда, и пытаемся отследить, чтобы прав личиночных в процессе не нарушили. А больше ничего не сделаешь. На том и порешили.
Спускаемся, расквитались с другими личинками, доходит дело до этого (вопрос на слушании только один - отпустить его под залог или задержать до следующей даты разбирательства по делу). Судья листает собранное прокурором дело (а судья - колоритнейший тип: черный, как подметка, седые dreadlocks до середины задницы, и судейская мантия на нем сидит, как гамбийский церемониальный наряд. Вырос в этом же районе, знает по имени каждую собаку, сам известная личность - и это, в общем, самый толерантный и справедливый судья в Роксбери). Подымает он, значит, затуманенный взгляд, и прежде, чем шеф успевает рот открыть, изрекает:
- Не трудитесь! Под стражу без залога! Мерзавец...
Шеф пошатывается, галопом к судейскому столу, берет за горло прокурора и вытряхивает из него полицейский протокол по делу с подробным описанием случившегося. А там...
Как обычно выглядит побитие жены? Ну оплеуху закатил. Приложил башкой о холодильник, там. Табуретом швырнул и промазал... Этот избил ее алюминиевой палкой от метлы, да так, что жену увезли на скорой; сзади на голове - рана от удара острым предметом. В деле оказались фотографии. Вы когда-нибудь видели до синевы избитых негров? Вот я уже да. Зрелище не для чувствительных сердец.
Что делать? Звоним жене. Трубку берет ее мать, ни слова по-нашему. Где жена? В госпитале... второй раз звоню, третий - канула. А суд скоро, прокурор ходит гоголем, и никаких тебе plea bargain - этот типа уже в пятый раз арестовывают за побитие жены... к нему в тюрягу съезили, побеседовать, но с ним беседовать надо, как другой классик говаривал, "разве гороху наперед накушамшись." Сидит, таращится слеподыро: "Я рассердился... я ее муж, я ее побил... она сама виновата, начала кричать... я рассердился..." и по второму кругу.
Что делать? Готовимся, подаем ходатайства о непропускании фотографий в виде доказательств (на том основании, что жена сама придет рассказать об ущербе) - больше доказательств в деле нет, расчет прокурора на собственные ораторские способности, в основном...
В общем, долго, коротко ли, настал Dias Irae - выбрали присяжных, за нашим столом сидит наш соленый огурец, "фтыкает" как вудуист, прокурор проговорил свое вступительное слово, и вызывает свою единственную свидетельницу - жену.
На трибуну вскарабкивается толстое посеревшее существо, и начинается данс макабр:
- Сколько Вам лет?
- Двадцать семь.
- Давно вы женаты?
- Десять лет... Я люблю своего мужа!
- Сколько у вас детей?
- Два с половиной...
- Что? Как?
- Два, и еще один будет в марте...
- О, ггосп... расскажите суду, что произошло пятнадцатого октября этого года?
- Он не виноват! Это я виновата! Это я начала первая...
- Из-за чего вы поссорились?
- Он сказал, что хочет уйти от меня, а я начала кричать на него! Мне не надо было кричать на него! Я сказала ему, чтобы он не бросал меня беременную, и конечно он рассердился... Он сказал, чтобы я успокоилась, а я... я... я набросилась на него с метлой! И он поднял руки, чтобы защититься, и неожиданно отпустил палку... и палка отскочила, и ударила меня в лицо, а он не ударял... и я от неожиданности ударилась головой об угол холодильника... а потом он взял нож, то есть это я взяла нож, а он хотел его отнять, чтобы я не порезалась нечаянно, и мы стали бороться, и я порезалась потому что пыталась отнять нож и хваталась за лезвие... Не забирайте его в тюрьму, пожалуйста... это я во всем виновата... верните мне мужа... хлип! Веее....
- Тттвою... - с отвращением сказал прокурор. - I rest my case отсюда нафиг.
Шеф ее даже передопрашивать не стал - просто вышел и сказал: господа присяжные, по законам нашей страны вы имеете право признать виновным подсудимого только если прокурор убедительно докажет вам, что нет разумных оснований сомневаться, что он совершил вменяемое ему преступление. Единственный свидетель прокуратуры - жертва. Вы слышали ее показания. Вынесите свое решение на основании услышанного.
Вернушись, шеф сунул дело в коробку с надписью "закрытое", глотнул малек Джек-Дениелся и полез в интернет читать про свое обожаемое глобальное потепление.
А я пошел в интернет же и записался на следующий семестр на Battered Women Advocacy Clinic, чтобы понять, как такое чинится.
Вот.