Дед-мороз соленый нос.

У меня шнурки в стакане личинка в психушке завелась (так бывает иногда, редко, но бывает). И вот звонит мне (с целью обсудить детали предстоящего слушания) его юрист по психическим делам.
Разговор выглядит примерно так:
- Здраствуйте, я представляю Чока Сдвини в связи со слушанием д'хо-хо-хо, и-хи-хи! гм, да, со слушанием относительно помещения его в психический стационар на длительное время. Материалы по его делу д'хо-хо-хо! я могу вам предоставить, если это требуется, кроме разумеется, медицинских д'хо-хо, а-хаа-хаа-ахаха! гм... которые нужно, как вы понимаете, затребовать особым ходатайством... охо-хоо-хохо! Когда, если не секрет, вы собираетесь встречаться с ним, мы могли бы поехать вместе д'хо-хо-хо, и-хи-хи! да...

Хихиканье такое густое, веселое, утробное, как у рождественского деда, да не рассердится Николай Ликийский за такое сравнение.

Главное, взял я у него вежливо координаты (имя, телефон), пробил по базе - есть такой юрист. Совпадает и телефон, и фамилия, и расположение офиса. Допущен к практике за четыре года до моего рождения. То есть, если он, скажем, выпустился тридцатилетним, что довольно поздно по местным меркам, ему сейчас никак не больше шестидесяти пяти.

Черта с два я с ним вместе куда-нибудь поеду.